2. Разъяснить судам, что самоубийство или покушение на него, явившееся результатом действий, законных по содержанию и форме, не может влечь для лица, совершившего эти действия, ответственность по ст. 103 УК.

При этом единичные незначительные случаи оскорбления, унижения личного достоинства не образуют состава преступления, предусмотренного ст. 103 УК, требующей систематичности (неоднократности) этих действий, и ответственность в таких случаях наступает за фактически совершенные действия по соответствующим статьям Уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

4. Указать судам на необходимость правильной квалификации действий осужденных по соответствующим частям ст. 103 УК, имея в виду, что ч. 2 этой статьи требует наличия материальной или иной зависимости потерпевшего от виновного, которая должна устанавливаться на основании оценки фактически сложившихся и существовавших отношений между этими лицами.

4¹. Обратить внимание судов, что в отличие от доведения до самоубийства или доведения до покушения на самоубийство, которое совершается с применением угроз, жестокого обращения или систематического унижения чести и достоинства личности, при склонении к самоубийству (статья 103-1 УК) виновное лицо умышленно возбуждает у другого лица решимость совершить самоубийство путем уговора, обмана или иным путем, подавляющим волю человека (например, агитацией идей, насаждающих пессимизм).

7. В случаях, когда при совершении преступления, предусмотренного статьей 103 УК, по каким-либо причинам не наступила смерть человека, действия виновного не требуют дополнительной квалификации по статье 25 УК, так как диспозиция статьи 103 УК предусматривает ответственность не только за доведение до самоубийства, но и за покушение на самоубийство.

Применение статьи 25 УК не требуется также в отношении лица, совершившего преступление, предусмотренное статьей 103-1 УК, так как данное преступление считается законченным с момента склонения лица к самоубийству.