Вооруженные силы Республики Узбекистан, другие воинские формирования созданы для сохранения государственного суверенитета и территориальной целостности страны, мирной жизни и безопасности ее населения.

Основой деятельности Вооруженных Сил и других воинских формирований, а также гарантией выполнения ими своих задач является четкое и безусловное соблюдение порядка несения военной службы.

Военным судам следует иметь в виду, что общественная опасность воинских преступлений заключается в том, что они, ослабляя воинскую дисциплину и боевую готовность войск, наносят ущерб обороноспособности страны.

Наиболее распространенными преступлениями среди военнослужащих являются уклонение от военной службы, нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, злоупотребление властью или ее превышение, другие воинские преступления. Кроме того, военнослужащими совершаются ряд преступлений общеуголовного характера, в том числе тяжкие и особо тяжкие.

Практика рассмотрения дел о преступлениях против порядка несения военной службы показала, что при применении общих начал уголовного законодательства, квалификации воинских преступлений и определении вида и размера наказания суды в отдельных случаях испытывают определенные затруднения.

В целях устранения имеющихся недостатков и обеспечения правильного применения законодательства о воинских преступлениях Пленум Верховного суда Республики Узбекистан считает необходимым дать судам соответствующие разъяснения.

В соответствии со статьей 17 Закона «О судах» Пленум Верховного суда Республики Узбекистан постановляет:

1.1. Разъяснить судам, что под воинскими преступлениями следует понимать преступления против установленного порядка несения военной службы, совершенные военнослужащими, а также военнообязанными во время прохождения ими сборов.

Порядок несения воинской службы представляет собой отношения, возникающие в процессе жизни и боевой деятельности войск, закрепленные в законах, военной присяге и воинских уставах, в которых отражены принципы военной организации: воинская служба как конституционная обязанность гражданина, единоначалие и основанные на нем повиновение подчиненных начальникам, четкое определение прав и обязанностей субъектов этих отношений.

1.2. Субъектом воинских преступлений могут быть военнослужащие Министерства обороны, Службы государственной безопасности, Государственной службы безопасности Президента Республики Узбекистан, Национальной гвардии, Министерства по чрезвычайным ситуациям, войск Министерства внутренних дел Республики Узбекистан и других воинских формирований, а также военнообязанные лица, проходящие учебные сборы.

1.3. Подсудность уголовных дел военным судам определена в статье 45 Закона Республики Узбекистан «О судах», а также в Положении об организации деятельности военных судов (приложение № 1).

В частности, военным судам подсудны все уголовные дела в местностях, где в силу исключительных обстоятельств не действуют общие суды, дела, касающиеся государственных секретов, а также дела о преступлениях, совершенных военнослужащими в период прохождения военной службы, но уволенными с нее к моменту рассмотрения дела в суде.

В связи с этим судам следует строго соблюдать требования закона о подсудности дел.

2.1. При рассмотрении конкретных дел следует иметь в виду, что уклонение от военной службы совершается путем самовольного оставления части или места службы, дезертирства, членовредительства, а также иными способами.

2.2. Самовольное оставление части представляет собой отсутствие военнослужащего на месте службы без уважительных причин продолжительностью свыше одних суток.

Для самовольного оставления части характерны такие мотивы, как желание навестить родственников и знакомых, отдохнуть от службы, уладить семейные и личные дела, решить проблемы временного характера и другие.

2.3. Под дезертирством признается самовольное оставление части или места службы с целью вовсе уклониться от военной службы, а равно неявка с той же целью на службу.

Совершая дезертирство, военнослужащий противозаконно прекращает несение военной службы, пытается исключить себя из сферы военно-служебных отношений. Оконченным преступлением дезертирство считается с момента, когда субъект (лицо) оставило расположение войсковой части или место службы с целью уклониться от военной службы и с этого момента начинается исчисление срока давности привлечение к ответственности. При наличии такой цели фактическая продолжительность самовольного отсутствия значения не имеет.

Для дезертирства характерны приобретение виновным подложных документов, переодевание в гражданскую одежду, уничтожение военной формы, попытки устроиться на работу или получить иной постоянный источник существования и т. д.

Продолжительность отсутствия может иметь значение при оценке степени общественной опасности совершенного преступления и определении виновному наказания.

Мотивами дезертирства могут быть нежелание переносить тяготы и лишения воинской службы, стремление решить личные и семейные проблемы постоянного характера, избежать ответственности за совершенное во время несения военной службы преступление и т. д.

2.4. Уклонение от военной службы путем членовредительства заключается в причинении военнослужащим вреда своему здоровью. Это умышленное, искусственное повреждение какого-либо органа или тканей тела (например, ноги или кисти руки), нарушение функции какого-либо органа (например, расстройство пищеварения, сердечной деятельности), вызывание какого-либо заболевания либо обострение имеющегося заболевания.

Вред здоровью может быть причинен огнестрельным или холодным оружием, колющими или режущими предметами, различными ядами, другими механическими, тепловыми или подобными им средствами. Для состава уклонения не имеет значения каким образом было совершено членовредительство.

2.5. Симуляция болезни состоит в том, что военнослужащий с целью получения освобождения от несения обязанностей военной службы притворяется больным, приписывая себе такие болезни, физические или психические недостатки, которые будто бы препятствуют ему исполнять военные обязанности, но в действительности является здоровым.

2.6. Подлог документов, как способ уклонения состоит в том, что военнослужащий представляет командиру поддельный документ с целью получения освобождения от службы. Во всех случаях подлог состоит в несоответствии действительности указанных в документе событий и обстоятельств, ссылаясь на которые военнослужащий ходатайствует о временном или постоянном освобождении от несения воинских обязанностей.

Так как подлог документов — обязательный признак объективной стороны уклонения, то дополнительной квалификации по статье Уголовного кодекса, предусматривающей ответственность за подделку документов, не требуется.

2.7. Иной обман, как способ уклонения заключается в том, что военнослужащий сообщает заведомо ложные сведения о событиях или обстоятельствах с целью получения освобождения от несения военной службы либо сознательно умалчивает с той же целью об обстоятельствах, о которых обязан был доложить.

2.8. Отказ от несения обязанностей военной службы характеризуется тем, что военнослужащий открыто, не прибегая к обману, устно, письменно или иным способом выражает свое нежелание нести военную службу или выполнять отдельные ее обязанности и фактически прекращает их исполнение.

Отказ подчиненного выполнять конкретные требования командира (например, убыть в командировку, заступить в суточный наряд и т. п.) не может рассматриваться как отказ от несения обязанностей военной службы. Такие действия могут образовать состав неповиновения, поскольку в данном случае требования командира носят характер приказа, а сами действия состоят не в отказе от несения военной службы, а в открытом неисполнении приказа.

2.9. В отдельных случаях в соответствии с законодательством и Общевоинскими Уставами Вооруженных Сил военнослужащие имеют специальные права и несут специальные обязанности (боевое дежурство, нахождение в суточном или гарнизонном нарядах и т. д.).

Судам следует иметь в виду, что за нарушения правил несения специальной службы предусмотрена уголовная ответственность военнослужащих по статьям 291—294 Уголовного кодекса (специальный субъект).

3.1. Под нарушением уставных правил взаимоотношений следует понимать унижение чести и достоинства, использование различных насильственных действий одним военнослужащим по отношению к другому в целях обеспечения подчиненности к себе сослуживцев, создания льготных условий для прохождения службы.

В тех случаях, когда эти правила нарушаются лицами, равными по служебному положению и воинскому званию, а также между старшими и младшими, но не состоящими в отношениях подчиненности, уголовная ответственность наступает по ст. 285 Уголовного кодекса.

Определенную сложность для квалификации представляют случаи совместного совершения насильственных действий лицами, находящимися и не находящимися в отношениях подчиненности друг к другу.

Например, к неуставным действиям, совершенным солдатом, подключается сержант, являющийся начальником как для виновного, так и для потерпевшего, либо насильственные действия начальника поддерживает подчиненный. В этих случаях действия начальника, принявшего участие в учиненных его подчиненным неуставных насильственных действиях, следует квалифицировать как воинское должностное преступление — по статье 301 Уголовного кодекса. Действия исполнителя в данной ситуации следует квалифицировать по части 1 статьи 285 Уголовного кодекса, так как начальник в этом случае не является субъектом данного преступления и не может быть признан соисполнителем.

Если к неуставным действиям начальника в отношении равных ему по служебному положению военнослужащих присоединяется лицо, находящееся в подчиненности как у виновного, так и у потерпевшего, действия начальника следует квалифицировать по статье 285 Уголовного кодекса, а действия подчиненного — как соучастника в этом преступлении, по статьям 28, 285 Уголовного кодекса.

3.2. Часть 1 статьи 285 Уголовного кодекса устанавливает ответственность за нарушение уставных правил взаимоотношений, выразившееся в систематическом издевательстве, истязании, причинении легкого телесного повреждения с расстройством здоровья или средней тяжести телесного повреждения, незаконном лишении свободы. В связи с этим действия виновного дополнительной квалификации по соответствующим статьям Уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за преступления против личности, не требуется.

3.3. Пунктами «а», «б» части 2 статьи 285 Уголовного кодекса установлена ответственность за преступление, совершенное группой лиц или с применением оружия.

Понятие «группой лиц» в данном случае аналогично понятию, содержащемуся в статье 29 Уголовного кодекса. Групповые неуставные насильственные действия совершаются совместно двумя или более военнослужащими, объединенными общностью умысла, каждый из которых является субъектом преступления, предусмотренного статьей 285 Уголовного кодекса, и выступает в качестве соисполнителя. Преступление группой лиц может быть совершено как по предварительному сговору между собой, так и при его отсутствии. Необходимым условием квалификации действий виновных в последнем случае по пункту «а» части 2 статьи 285 Уголовного кодекса является осознание каждым из них того, что неуставные действия совершаются им в группе.

Эпизоды неуставных действий, совершенных в группе и единолично, должны рассматриваться как реальная совокупность преступлений и получать самостоятельную юридическую оценку.

Оружие может применяться для причинения телесных повреждений, а также как средство психического воздействия при ином насилии, когда виновный путем угрозы оружием заставляет потерпевшего выполнять за него отдельные обязанности по военной службе, оказывать ему различные услуги, а также при совершении действий, унижающих человеческое достоинство.

Не могут рассматриваться как применение оружия случаи использования не его поражающих свойств, обусловленных конструкцией и назначением, а лишь в качестве предмета для нанесения ударов.

3.4. Под иными тяжкими последствиями, предусмотренными пунктом «б» части 4, статьи 285 Уголовного кодекса, подразумеваются находящиеся в причинной связи с неуставными действиями виновного последствия, тяжесть которых должна оцениваться судом в зависимости от их характера.

Если неуставные насильственные действия завершаются умышленным убийством потерпевшего, содеянное виновным подлежит квалификации по совокупности — частью 3 статьи 285 Уголовного кодекса и соответствующими статьями кодекса, предусматривающими преступления против личности.

В практике нередки случаи смерти потерпевшего от рефлекторной остановки сердца либо механической асфиксии, последовавшей в результате нанесения виновным, как правило, одного удара рукой в область грудной клетки. Такие действия, при отсутствии достоверных доказательств умысла виновного на лишение жизни потерпевшего, следует квалифицировать как нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, повлекшее смерть человека.

Нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими в некоторых случаях может привести не только к человеческим жертвам, но и срыву выполнения боевой задачи, выводу из строя боевой техники, другим последствиям. Эти последствия, если они признаны судом тяжкими, также могут служить основанием для квалификации действий виновного по пункту «б» части 4 статьи 285 Уголовного кодекса.

Когда в процессе неуставных насильственных действий в отношении нескольких потерпевших причиняется вред, предусмотренный различными частями статьи 285 УК, то содеянное надлежит квалифицировать по правилам статьи 33 УК.

3.5. Нарушение уставных правил взаимоотношения между военнослужащими может совершаться при исполнении виновными обязанностей по несению специальных видов воинской службы (караульной, внутренней, боевого дежурства и т. п.). Если виновным при этом нарушается правила несения этих служб, содеянное следует квалифицировать по совокупности статьи 285 Уголовного кодекса и статьями, предусматривающими ответственность за нарушение того или иного вида службы.

Нарушение правил несения специальных видов служб могут получать самостоятельную правовую оценку лишь в том случае, когда нарушение уставных правил взаимоотношений, одновременно являлось и нарушением правил несения соответствующего вида службы (например, лицом, входящим в состав внутреннего наряда в части, подразделении).

3.6. Нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, в частности, в виде иного насилия могут сопровождаться изъятием у потерпевших продуктов питания, предметов обмундирования и других материальных ценностей. Если при этом у потерпевшего изымаются предметы, являющиеся его личной собственностью, то действия виновного, кроме статьи 285 Уголовного кодекса, подлежат дополнительной квалификации по статьям, предусматривающим ответственность за преступления против собственности.

Отобрание с применением насилия или под угрозой его применения отдельных предметов продовольственного пайка или предметов обмундирования, выдаваемых военнослужащему полностью охватывается диспозицией статьи 285 Уголовного кодекса.

3.7. Предоставляя командирам и иным начальникам необходимые служебные полномочия, в том числе право отдавать приказы, распоряжения подчиненным и добиваться их неукоснительного выполнения вплоть до применения принудительных мер к нарушителям дисциплины, государство ограждает их личность и служебный авторитет от каких бы то ни было посягательств.

В этих целях в уголовном законодательстве предусмотрена ответственность за причинение телесных повреждений, оскорбление, угрозу начальнику, а также сопротивление ему или принуждение к нарушению служебных обязанностей.

Особенностью указанных преступлений является то, что они совершаются в процессе военно-служебных отношений. Если же указанные действия совершаются на почве личных взаимоотношений, то они не могут быть признаны воинским преступлением и подлежат квалификации как преступления против личности.

4.1. Воинские должностные преступления посягают на правильную, отвечающую интересам укрепления Вооруженных сил, деятельность органов военного управления, на установленный порядок осуществления воинскими начальниками и должностными лицами служебных функций.

Субъектом воинских должностных преступлений могут быть воинские начальники и иные должностные лица. В соответствии с Уставом внутренней службы начальники могут быть по служебному положению (должности) и по воинскому званию. Примерные перечни воинских должностных лиц содержатся в Уставе внутренней службы, Дисциплинарном уставе, Уставе гарнизонной и караульной службы, других правовых актах.

Должностными лицами могут быть и другие военнослужащие, которые, не являясь начальниками, занимают постоянно или временно должности, связанные с выполнением определенных организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей, либо выполняют такие обязанности по специальному поручению командования. Для осуществления указанных функций военнослужащие наделяются определенными полномочиями, связанными с возможностью совершать действия, имеющие юридическое значение.

Исполнителями воинских должностных преступлений могут быть только начальники и должностные лица, а соучастниками — также и иные лица.

Особенностью воинских должностных преступлений является то, что при их совершении общественно опасные последствия иногда причиняются виновным не непосредственно, а путем использования подчиненных ему по службе лиц, отдачи им незаконного приказа. Должностное лицо, умышленно отдавшее такой приказ, несет ответственность за последствия, связанные с его исполнением. В этом случае содеянное, как и при совершении им действий лично, следует квалифицировать как должностное преступление, а если последствия сами по себе образуют самостоятельное преступление, — то по совокупности совершенных деяний.

Между неправильными действиями должностного лица и последствиями совершенного им преступления должна быть установлена причинная связь.

4.2. Злоупотребление властью или служебным положением заключается в умышленном использовании начальником или иным должностным лицом своего служебного положения в ущерб интересам воинской службы.

При злоупотреблении властью или служебным положением совершаемые должностным лицом действия могут выражаться в нарушении им своих полномочий, но могут быть и не связаны с нарушением виновным тех или иных конкретных прав и обязанностей, возложенных на него по службе. Однако при всех условиях они должны быть деяниями, которые это лицо могло совершить исключительно вследствие занимаемого им служебного положения и которые по своему содержанию противоречат служебному долгу.

Совершенными вопреки интересам службы следует считать действия, не вызывавшиеся служебной необходимостью, нарушающие служебный долг и должностные обязанности, противоречащие требованиям законов, воинских уставов, приказов командования. При этом нарушение должностным лицом возложенных на него по службе обязанностей, злоупотребление предоставленными ему правами, отступление в своей деятельности от требований закона не может быть оправдано ссылками на целесообразность или служебную необходимость.

4.3. Превышение власти или служебных полномочий, в отличие от злоупотребления властью, имеет место тогда, когда начальник или иное должностное лицо умышленно совершает действия, явно выходящие за пределы его прав и полномочий. Как превышение власти или служебных полномочий могут рассматриваться такие действия по службе, которые должностное лицо имело право совершить лишь при наличии определенных обстоятельств, в данном случае не имевших места, либо действия, которые правомочно было совершить вышестоящее или специально уполномоченное на то лицо.

Решая вопрос о виновности лица в превышении власти или служебных полномочий, всегда важно установить его компетенцию. Права и полномочия воинских должностных лиц четко определены законами, уставами, положениями, приказами командования. При этом необходимо иметь в виду, что применение оружия и иного физического насилия со стороны должностного лица может квалифицироваться как превышение власти, если эти действия связаны с исполнением им своих служебных обязанностей и выражаются в превышении полномочий, которыми оно наделено по службе в отношении потерпевшего. Определенные полномочия могут иметь место, когда потерпевший являлся подчиненным виновного или когда находился в зависимости от последнего вследствие того, что виновный являлся представителем власти. В противном случае ответственность может наступить по соответствующим статьям Уголовного кодекса, предусматривающим преступления против личности.

4.4. Бездействие власти представляет собой умышленное невыполнение начальником действий, которые он по обязанностям воинской службы должен был совершить.

Воинские уставы требуют, чтобы каждый начальник использовал в полной мере предоставленную ему власть в интересах воинской службы, повышения боеспособности вверенной части (подразделения), строгого соблюдения дисциплины и порядка. Преступное бездействие начальника, непринятие им мер, которые он обязан был принять в данной обстановке для предотвращения общественно опасных последствий, может нанести большой вред воинской службе.

Так, если командир отделения, видя, что его подчиненный во время перевозки имущества подразделения похищает боевые патроны и продает их постороннему лицу, не пресекает этого, то командир должен нести ответственность за преступное бездействие.

Непринятие начальником мер к пресечению неуставных действий в отношении подчиненных должно также рассматриваться как бездействие власти.

Поскольку бездействие власти — умышленное деяние, оно этим отличается от халатности. От злоупотребления властью бездействие отличается тем, что оно возможно только в сфере властных функций начальника и лишь в форме несовершения действий, которые он должен был совершить в силу своих служебных обязанностей. Поэтому в каждом случае необходимо устанавливать, входило ли в компетенцию данного должностного лица совершение действий, которые оказались невыполненными, и имелась ли у него для этого фактическая возможность.

4.5. Злоупотребление властью или служебным положением, превышение власти или служебных полномочий и бездействие власти — преступления умышленные.

Виновный сознает, что его действия (бездействие), совершаемые с использованием должностного положения, противоречат интересам воинской службы, и желает именно так поступать или безразлично относится к такому характеру своих действий.

Отношение виновного к последствиям — существенному вреду, являющемуся, согласно закону, одним из обязательных признаков состава преступления, может выразиться в форме как умысла, так и неосторожности.

Существенный вред, характеризующий преступный результат должностного преступления, — это ущерб, крупный по своему характеру и размерам. Он может быть причинен Вооруженным Силам отдельным военнослужащим и другим лицам, иметь самые различные конкретные проявления как материального, так и нематериального характера. При этом для признания преступления оконченным необходимо фактическое причинение вреда.

Существенным признается вред, выражающийся, например, в подрыве в связи с совершенным преступлением воинской дисциплины в подразделении (части), срыве задания, стрельб, работ, повреждении или уничтожении военного имущества, причинении значительного материального ущерба, нарушении личных или имущественных прав военнослужащих и других лиц. Понятие существенного вреда включает в себя также вред, причиненный жизни и здоровью потерпевшего, что характерно, главным образом, для состава превышения власти или служебных полномочий. При этом умышленное убийство или умышленное тяжкое телесное повреждение выходит за рамки вреда как признака превышения власти или служебных полномочий, является тяжким последствием и требует самостоятельной квалификации.

4.6. Халатное отношение к службе заключается в невыполнении или ненадлежащем выполнении должностным лицом возложенных на него обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения.

Ненадлежащее выполнение обязанностей проявляется в том, что последние выполняются формально, нерадиво, без должной внимательности, вдумчивости и усердия, необходимой оперативности и достаточной инициативы. Эта форма халатности может выражаться в небрежном отношении воинского должностного лица к вверенному по службе военному имуществу, повлекшим его порчу или повреждение, ненадлежащем учете и контроле за расходованием материальных ценностей или плохой организации их хранения, следствием чего явилось хищение или недостача, непринятии командиром надлежащих мер по наведению воинского порядка в подразделении, что привело к случаям грубого нарушения подчиненными дисциплины или срыву выполнения задания командования и т. п.

Халатность как должностное преступление предполагает невыполнение или ненадлежащее выполнение должностным лицом таких действий по службе, которые относятся к его служебной компетенции, входят в круг обязанностей, возложенных на него в силу занимаемой должности.

Должностное лицо может отвечать за халатность только в том случае, когда оно не только должно было в силу своего служебного долга выполнить те или иные обязанности, но и могло, имело реальную возможность выполнить их надлежащим образом. Если должностное лицо находилось в таких условиях, когда оно не имело фактической возможности надлежаще осуществить свои служебные обязанности, то ответственность за халатность исключается.

5.1. Нарушение правил обращения с оружием, боеприпасами, взрывчатыми, радиоактивными и иными веществами и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих, характеризуется тем, что военнослужащий при обращении с ними не соблюдает специальные правила предосторожности, что может привести к гибели и увечьям людей, уничтожению военного имущества, срыву воинских мероприятий и другим тяжким последствиям.

Порядок обращения с оружием, веществами и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих, определяется воинскими уставами и другими нормативными актами (наставлениями, руководствами, курсами стрельб для различного рода оружия и т. д.), в которых содержится перечень правил, обеспечивающих безопасные условия обращения с оружием, соответствующими веществами и предметами.

Нарушением правил признается невыполнение или ненадлежащее выполнение установленных приемов либо несоблюдение установленной последовательности действий с оружием, а также веществами и предметами в процессе пользования ими, а равно нарушение правил, обеспечивающих безопасность хранения указанных веществ и предметов.

Субъектами преступления, предусмотренного статьей 297 Уголовного кодекса, могут быть военнослужащие, которые по роду своей служебной деятельности пользуются оружием, веществами и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих, или обеспечивающие их хранение, перевозку или доставку, либо имеющий к ним доступ и нарушающие при этом правила обращения с ними.

5.1.1. Оружие — техническое средство, специально предназначенное для поражения живой силы. Диспозиция статьи 297 УК охватывает только огнестрельное оружие (пистолет, автомат, гранатомет, артиллерийское и ракетное оружие и т. д.), холодное оружие из этой группы исключается. Оружие должно быть заводского изготовления и находиться на вооружении воинской части. Различного рода самодельные огнестрельные устройства к оружию, предусмотренному статьей 297 Уголовного кодекса, не относятся. В эту группу не включаются также строительные, сигнальные, стартовые пистолеты и все иные стреляющие устройства, не предназначенные для поражение живой силы.

Боеприпасы вспомогательного назначения (например, холостые или учебные патроны, имитационные снаряды или гранаты и т. п.) к предметам преступления не относятся.

5.1.2. Взрывчатые вещества — вещества или смеси, которые под влиянием внешнего воздействия (удара, возжигания) способны к быстрым химическим превращениям, сопровождающимся образованием и выделением большого количества тепла и нагретых газов, способных производить работу метания или разрушения.

5.1.3. Радиоактивные вещества — вещества, обладающие способностью к самопроизвольному распаду и выделению электромагнитного или корпускулярного излучения, способного причинить вред живым организмам.

5.2. Использование боевой, специальной или транспортной машины в соответствии с их назначением предполагает строгое соблюдение порядка, определенного Уставом внутренней службы, Правилами дорожного движения и другими правовыми актами.

К боевым машинам относятся танки, бронетранспортеры, самоходные артиллерийские и ракетные установки, машины, предназначенные для буксирования артиллерийских систем и прицепов с аппаратурой управления огнем, другие самодвижущиеся технические средства.

Специальные машины — самодвижущиеся технические средства, используемые по особому, специальному предназначению, соответствующему типу машины или установленному на ней оборудованию. Специальными являются различные инженерные машины, санитарный транспорт, передвижные ремонтные мастерские, лаборатории и т. д.

К транспортным относятся машины, предназначенные для перевозки личного состава, вооружения, боеприпасов, военно-технического имущества, а также машины, используемые для повседневного хозяйственного, культурно-бытового, медицинского и другого обслуживания воинской части.

5.2.1. Обязательным признаком преступления, предусмотренного статьей 298 Уголовного кодекса, является наступление в результате допущенных нарушений определенного вреда: гибель людей либо причинение им тяжких или средней тяжести телесных повреждений. Причинение вреда жизни и здоровью охватывается составом этого преступления и не требует дополнительной квалификации по статьям, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

К иным последствиям относятся различные формы материального и нематериального ущерба в значительных размерах. Материальный ущерб может выражаться в уничтожении или повреждении автомашин, инженерных сооружений и иных построек, гибели скота и т. д. Ущерб нематериального характера может выражаться в срыве важных военных заданий, боевых, учебно-боевых задач или иных мероприятий.

5.2.2. Нарушение правил вождения и эксплуатации боевой, специальной и транспортной машины необходимо отличать от других, сходных с ним преступлений.

От преступления, предусмотренного статьей 266 Уголовного кодекса, рассматриваемое преступление отличается по объекту, некоторым признакам объективной стороны и субъекту. Объектом преступления по статье 298 Уголовного кодекса является установленный в Вооруженных силах порядок несения воинской службы, связанный с эксплуатацией военных боевой, специальной или транспортной машины, а преступление, предусмотренное статьей 266 Уголовного кодекса, посягает на безопасность движения и эксплуатации транспорта. Преступление, указанное в статье 298, совершается военнослужащим на боевой, специальной или транспортной машине. Нарушение военнослужащим правил вождения на машине, не являющейся боевой, специальной или транспортной, как и нарушение гражданским лицом правил вождения на боевой, специальной или транспортной машине подпадают под признаки состава статьи 266 Уголовного кодекса.

Выпуск в эксплуатацию технически неисправных боевых, специальных или транспортных машин лицом, ответственным за техническое состояние или эксплуатацию транспортных средств, если это повлекло последствия, указанные в статье 262 Уголовного кодекса, не требует квалификации по статье 262, т. к. содеянное охватывается диспозицией статьи 298 Уголовного кодекса.

Статья 298 УК предусматривает все возможные последствия нарушения правил вождения или эксплуатации военных машин, в том числе гибель нескольких лиц. Поэтому наличие такого признака, как причинение смерти нескольким лицам, не дает само по себе оснований для квалификации содеянного по статье 262 Уголовного кодекса.

Нарушение правил вождения, сопряженное с последующим неоказанием помощи пострадавшему, выходит за пределы диспозиции статьи 298 Уголовного кодекса и требует квалификации также по статье 117 Уголовного кодекса.

5.2.3. Субъектом преступления может быть военнослужащий, ответственный за эксплуатацию боевой, специальной или транспортной машины либо непосредственно управляющей ею. Для привлечения к ответственности за нарушение правил вождения не имеет значения, является ли нарушитель штатным водителем и умеет ли он водить машину. Не подлежит ответственности за деяния, предусмотренные статьей 298 Уголовного кодекса, военнослужащий, обучающийся езде на учебной машине под контролем инструктора. В этом случае обязанность по обеспечению безопасности движения возлагается на инструктора, который и будет нести ответственность за нарушение правил вождения.

5.3. Нарушение правил полетов или подготовки к ним относится к числу преступлений против порядка эксплуатации военной техники.

Объектом этого преступления является установленный в Вооруженных силах порядок производства полетов и подготовки к ним. Поэтому вопрос об ответственности за данное преступление возникает лишь при нарушении правил управления летательным аппаратом в воздухе либо при движении по взлетно-посадочной полосе при взлете или посадке до остановки двигателя, а также правил предполетной подготовки машин и экипажей. Происшествия, случившиеся вне связи с подъемом машины в воздух или ее посадкой, не дают оснований для привлечения к ответственности по статье 299 УК, они могут образовать состав иного преступления.

К летательным аппаратам относятся самолеты и вертолеты, а также беспилотные самолеты и планеры, принадлежащие Вооруженным силам.

5.3.1. Статья 299 УК предусматривает ответственность за происшествия, повлекшие катастрофы или иные тяжкие последствия.

Под катастрофой понимается разрушение или повреждение движущегося летательного аппарата, повлекшее гибель кого-либо из членов экипажа, личного состава перевозимых подразделений либо иных лиц, находившихся на борту воздушного судна.

К другим тяжким последствиям могут быть отнесены:

тяжкие телесные повреждения, причиненные лицам, находившимся на борту;

гибель людей или причинение тяжких телесных повреждений лицам, находившимся на земле, если это имело место, например, при падении или аварийной посадке летательного аппарата;

авария, т. е. повреждение самолета до полной негодности;

поломки машины, требующие для ремонта значительные материальные затраты;

уничтожение или повреждение государственного, в том числе военного или личного имущества в крупных размерах при происшествиях, падении или вынужденной посадке машины.

5.3.2. Нарушение правил полетов может быть связано с ошибками в пилотировании, в потере ориентировки или путевого управления, в запаздывании с выходом из пикирования, приземлении с недолетом или перелетом, приземлении с не полностью выпущенным шасси, в превышении скорости снижения на посадку и т. п.

Нарушения правил подготовки к полету связаны с невыполнением правил подготовки и допуска к полету членов экипажа либо нарушением правил подготовки к вылету самой машины (вылет больного пилота, непрохождение медицинского осмотра, выпуск машины с техническими неисправностями и т. п.).

Обязательным признаком состава преступления является наличие причинной связи допущенного нарушения с его последствиями.

5.3.3. Субъектом преступлений, предусмотренных статьей 299 Уголовного кодекса, могут быть военнослужащие, на которых специально возложены обязанности по обеспечению полетов и подготовки к ним. К ответственности могут быть привлечены также руководитель полетов, командир корабля, пилот, бортовой инженер, штурман и др.

За нарушение правил подготовки к полетам могут нести ответственность техники самолетов, механики, иные лица службы обеспечения полетов.

5.4. Объектом промотания, утраты или порчи военного имущества, его уничтожения или повреждения является порядок пользования и сбережения военного имущества, установленный воинскими уставами, наставлениями, инструкциями, приказами. Соблюдение этого порядка обеспечивает правильное использование и сбережение вооружения, боевой и другой техники, снаряжения, обмундирования и иного имущества.

Военное имущество выдается военнослужащим в личное или служебное пользование. В личное пользование выдаются только предметы обмундирования и снаряжения, а в служебное — оружие, боеприпасы, средства передвижения и т. п.

5.4.1. Часть 1 статьи 295 Уголовного кодекса предусматривает ответственность за промотание военнослужащим срочной службы выданного для личного пользования воинского снаряжения.

Предметы обмундирования и снаряжения лицам офицерского состава, прапорщикам, мичманам и военнослужащим, проходящим службу по контракту, выдаются в личную собственность, что исключает ответственность этих лиц за передачу кому-либо, утрату или порчу таких предметов.

Военнослужащим срочной службы, а также офицерам, прапорщикам, мичманам и военнослужащим, проходящим службу по контракту, могут выдаваться инвентарные вещи, которые являются собственностью военной части. Их отчуждение не может рассматриваться как промотание, а образует состав хищения государственного имущества.

5.4.2. В отличие от статьи 295 в статье 296 Уголовного кодекса имеется в виду порядок сбережения любого военного имущества, а не только тех предметов, которые выдаются в личное или служебное пользование. Оружие, боеприпасы, средства передвижения и другое военное имущество является государственной собственностью, поэтому при умышленном уничтожении или повреждении их виновный одновременно посягает на государственную собственность.

Промотание выражается в продаже, залоге либо передаче в пользование другому лицу предметов обмундирования или снаряжения. Обязательный признак промотания — переход предметов обмундирования или снаряжения из владения военнослужащего, которому они выданы для личного пользования, в неправомерное владение другого лица.

При промотании военное имущество всегда остается собственностью государства и поэтому оно в любом случае подлежит изъятию из неправомерного владения, а в случаях, если невозможен возврат, с виновного взыскивается его стоимость в кратном размере.

Промотание предполагает вину в форме прямого умысла. Виновный сознает, что им продается, передается в залог или в пользование другому лицу имущество, выданное ему в личное пользование, и желает этого.

Утрата или порча предметов обмундирования или снаряжения характеризуется также виной в форме неосторожности — преступной самонадеянности или небрежности.

5.4.3. Уничтожение или повреждение военного имущества, причиненное общеопасным способом (поджог, затопление и т. п.), охватываются статьей 296 Уголовного кодекса и не требуют дополнительной квалификации по статье 173 Уголовного кодекса.

Умышленное уничтожение или повреждение военного имущества иногда сопряжено с хищением какой-то части поврежденного имущества. Такие деяния следует квалифицировать по совокупности преступлений как хищение государственного имущества и умышленное уничтожение или повреждение этого имущества.

Преступление, предусмотренное статьей 296 Уголовного кодекса, совершается в форме прямого или косвенного умысла. При этом лицо либо ставит цель уничтожения или повреждения имущества, либо сознательно допускает такие последствия. Виновный сознает, что уничтожению или повреждению подвергается именно военное, а не какое-то иное имущество.

Если виновный полагает, что им уничтожается военное имущество, а фактически оно не является таковым, содеянное следует расценивать как покушение на уничтожение военного имущества.

Важное значение имеет установление действительного мотива преступления. Если уничтожение или повреждение военного имущества совершается с целью ослабления Республики Узбекистан, содеянное образует государственное преступление — диверсию (статья 161 Уголовного кодекса).

6. Судам надлежит строго соблюдать требования Закона об индивидуализации наказания, определять его во всех случаях с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности военнослужащего, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание.

Разъяснить, что при назначении наказания, суды, учитывая личность подсудимого и факт его увольнения с военной службы до момента вынесения приговора, имеют право применять в отношении него наказание в виде исправительных работ, указанных в ст. 46 УК Республики Узбекистан.

При назначении наказания в виде лишения свободы на срок не свыше трех лет, суд, учитывая обстоятельства дела и личность осужденного, вправе применить к военнослужащим срочной службы направление в дисциплинарную часть, а в отношении военнослужащих, указанных в статье 47 УК, за преступление, не представляющее большой общественной опасности, или неосторожное преступление, не повлекшее тяжких последствий — ограничение по службе.

При осуждении за тяжкие или особо тяжкие преступления лица, имеющего воинское или специальное звание, суд во всех случаях в соответствии со статьей 52 Уголовного кодекса обязан обсуждать вопрос о лишении его такого звания.

7. Военному суду Республики Узбекистан следует усилить надзор за точным соблюдением судами требований законодательства об ответственности за преступления против порядка несения воинской службы, систематически обобщать судебную практику по этому вопросу и принимать меры к устранению недостатков.